диск (д:)
Персональная выставка в галерее Fragment
24 апреля 2019
Диск (Д:)
Галерея Fragment

Проект Диск (D:) посвящен ностальгии по эпохе массового распространения ОС Windows 95/98 и политическим волнениям 90-х годов в России.На выставке будут показаны новые работы из серии «Окна», начатой Данини в 2017 году. Холсты, фрески и расшитые вручную гобелены собраны художницей в тотальную инсталляцию, обыгрывающую пространство среднестатического российского подъезда. Это традиционное место для встреч тысяч подростков. Подобно Диску (D:), оно накапливает в себе информацию всех возможных сортов и видов, замусоривается и со временем форматируется усилиями служб ЖЭКа и особенно хозяйственных жильцов дома. Но стены подъезда, созданного Данини покрыты не подростковым граффити и искусственными растениями. Ее главные персонажи это скрепка-помощник из Word и уставший первый президент новой страны. Интерфейс Windows, "синий экран смерти" и шумная телевизионная картинка горящего белого дома навсегда изменили нашу оптику. Еще живые для многих из нас воспоминания о 90-х годах, уже стали мемами для нового поколения россиян. В своем проекте Данини обращается именно к эмоциональному опыту переживания и осмысления эпохи, которая очень скоро будет отформатирована учебником истории. Смешивая цифровое и реальное она предлагает свой взгляд на время, когда интернет был невинным, а пасьянс «Косынка» стал своеобразным укрытием для целого поколения аполитичных людей.

Сайт галереи

О выставке на сайте Медуза


Зачем нужен Диск (D:)?

Заголовок я взял с сайта otvet.mail.ru. Там знают всё. Общее мнение такое: Диск (C:) — системный, то есть для самого важного, а Диск (D:) — процитирую пользователя Чупу — «под хлам (музыка, фото, фильмы и прочее)». Мне кажется, так мог бы обозначить любую выставку современного искусства среднестатистический пользователь сети интернет, и, возможно, это удачная отправная точка для понимания выставки Данини.

Экспозиция безошибочно опознается как пример извержения цифрового мира в реальный. Но это не очередная выставка под тегом «пост-интернет». Не интернет вдохновляет работы Данини, не вытаскиванием веб-контента в пространство галереи занимается художница. Для нее важны впечатления от встречи с компьютером как таковым. С его графическими интерфейсами и ошибками-артефактами. Важным предстает не общение с другими людьми посредством сети, а общение с самой машиной. Отсюда посредники в этом общении — диалоговые окна, «синий экран смерти» и другие визуальные элементы операционных систем Windows 95 и 98. Именно версия 1995 года была установлена на большинстве персональных компьютеров, когда ими начали массово заполнять квартиры и офисы. И надо сказать, что их появление в жизни россиян совпало с появлением самих «дорогих россиян», как называл в своих новогодних обращениях граждан новоиспеченной Российской Федерации ее первый президент Борис Ельцин. Так что его портрет здесь вовсе не случаен, как и горящее здание парламента. Новая операционная система была установлена не только на компьютеры, но и для управления жизнью граждан. И она была так же нестабильна, как и новенькая Windows. Опыт взаимодействия пользователя с каждой из них — череда повторяющихся сбоев. И горящий Белый дом в такой системе координат — образ системной ошибки.

Данини повторяет из проекта в проект: в момент зарождения виртуальная жизнь была проста и даже невинна. Ты мог сидеть за компьютером и, например, раскладывать пасьянс, оказываясь, тем не менее, в другом пространстве. А затем мог его покинуть, просто выключив компьютер. Существовала видимая дистанция, четкое разделение. Сегодня мир по ту сторону экрана поглощает тебя целиком и оказывает огромное влияние на то, что ты чувствуешь по эту его сторону. Какое-то время виртуальное пространство даже было свободно от политики, а теперь это поле решительных действий и битвы всех во всеми. От простоты и невинности не осталось и следа, но экспозиция тронута ностальгией по времени, когда все было иначе.

Вернемся к непрекращающемуся извержению цифрового в физическое. Виртуальное материализуется посредством объектов — холстов и гобеленов, представленных на выставке. Есть соблазн говорить об обманках (trompe-l'œil) — изображениях, которые кажутся реальными объемными объектами, будучи нарисованы на плоской поверхности. Старейшие из дошедших до нас обманок — ложные окна на стенах некоторых домов Помпеев. Но все-таки вряд ли можно считать обманками то, что подражает виденному нами, но не существующему в реальности вне дополнительных приспособлений — экранов и проекций. Вот перед нами картина, которая хочет казаться экраном, на котором открыта программа Paint, в которой нарисован горящий Белый дом. Возможно, художники создают подобные объекты, потому что выросли, зная, что вещи вроде картин, нарисованных в пэйнте, существуют, ведь они видели их с самого детства. Это часть визуального опыта, и то, что их нет в реальности — просто недоразумение, которое надо исправить. Новоприобретенная материальность таких образов зыбка, поэтому Данини старается ее подчеркнуть, буквально, своими руками. Для художницы важно прорисовать каждый пиксель каждого элемента на холсте и прошить стежками каждый гобелен, сделав его похожим на скачанное из сети изображение низкого разрешения. Эффект не дает нам забыть, откуда пришел этот образ — он остается верен своей цифровой природе.

При всей своей внешней плотности Диск (D:) не кажется переполненным. И хламом вслед за Чупой эту тщательно выверенную коллекцию идей и образов никак не назвать. Перед нами удачная интерпретация важного визуального опыта, сформировавшего целое поколение, и яркая попытка найти момент в недавнем прошлом, когда мир изменился и стал таким, каким мы его знаем сейчас.

Илья Шипиловских


Я ухожу.bmp
Холст, акрил 2018
Made on
Tilda